Причины различных позиций религиозных общин на президентских выборах в Азербайджане.

Прогнозы

В прежнем материале повествовалось о неприсоединении большей части религиозных общин к политической оппозиции. Так, на выборах этого года за исключением только маленькой группы (в качестве лидеров), ведущие силы религиозной прослойки не перешли на сторону оппозиции на выборах. Несмотря на то, что большая часть  по определенным причинам  в различные периоды была обижена на нынешнюю власть и по этой причине многие уже заранее считали, что религиозная прослойка полностью поддержит оппозицию.

Но до выборов осталось несколько дней. И нынешняя ситуация показывает, что прогнозы не оправдались. По логике, верующие, столкнувшиеся за последние несколько лет с разрушением мечетей, запретом на азан и ношение хиджабов и прочими запретами, и ощутившие последствия этого на своей повседневной жизни, должны были примкнуть к силам, являющимся альтернативой власти, вернее к оппозиционным силам. Но этого не только не произошло, наоборот, значительная группа среди верующих, придерживающаяся ранее  нейтральной позиции,  открыто выступила против использования оппозицией на выборах религиозной риторики.

Предвыборная панорама за неделю до выборов такова: Исламская партия Азербайджана приняла решение о поддержке на выборах кандидатуры Ильяса Исмайлова. Одновременно председатель Исламской партии Азербайджана Мовсум Самедов и председатель Астаринского отделения партии Рухулла Ахундзаде заявили о том, что бойкотируют выборы.

Абгюль Сулейманов заявил, что не входит в Национальный совет и руководимая им община демонстрирует нейтральность  на выборах. Председатель Совета аксакалов Нардарана Натиг Керимов, бывший заместитель председателя Исламской партии Ровшан Ахмедли и еще несколько лиц поддерживают кандидата он Национального совета. Несмотря на то, что Талех Багиров ранее заявил о том, что поддерживает Национальный совет, с приближением выборов об этой поддержке нет никакой информации.

Вот уже 10 лет, как тесно сотрудничающий с оппозицией председатель Центра по защите свободы совести и вероисповедания (DEVAMM) и лидер общины «Джума мечеть» гаджи Ильгар Ибрагимоглу отстранился и не высказал конкретной позиции. Он не член Национального совета.

Позиция гаджи Шахина Гасанли указывает на приближенность не к оппозиции, а к имеющейся среде, но вместе с тем складывается впечатление, что он стоит в стороне от избирательных и политических процессов.  Также и руководители тех или иных общин, авторитетные теологи, имамы мечетей – они или избегают вмешательства в избирательный процесс или иногда открыто демонстрируют анти-оппозиционную позицию.

Так что же произошло? Как мы отметили выше, у религиозных общин были все необходимые  «основания» в руках для того чтобы выступить против власти. Вышеизложенные запреты в религиозной сфере, аресты на протяжении трех лет, и содержание по настоящее время в заключении около 80 верующих – все эти факторы были достаточной основой для того, чтобы верующие выступили против власти.  У специалистов сформировалось мнение, что именно эти факторы, а также активизация растущих день ото дня религиозных общин, к которым примыкает все большее число сторонников, приведет к их превращению в одну из авангардных сил  политических процессов на выборах 2013 года.

Назначение

На самом деле, невозможно однозначно ответить на этот вопрос. Естественно, что в создании нынешней ситуации сыграли роль факторы событий в религиозной сфере,  в том числе  изменяющаяся политическая ситуация в стране, а также происходящее в регионе. Но для внесения большей ясности в сборник этих причин, следует оглядеться немного назад.

Все началось с того, что во время продолжающегося напряжения между религиозной прослойкой и властью, неожиданно был освобождён с должности председатель Государственного комитета по работе с религиозными образованиями Идаят Оруджов. На его место был назначен в определенной степени близкий к религиозному обществу генеральный  секретарь Молодежного форума Организации исламской конференции  Эльшад Искендеров.

Назначение в религиозный комитет человека с западным образованием, знающего религиозное общество, имеющего опыт работы с религиозными структурами, может быть,  было показателем заинтересованности работы с верующими, недовольными властью. В скором времени стало ясно, что религиозный комитет нацелен на тесное сотрудничество с религиозными общинами по всей стране, в том числе с недовольными общинами, и, в конце концов, с религиозными деятелями со здравым смыслом, не подверженными влияниям иностранных государств.

Показателем этого были проходящие в Баку и регионах конференции, встречи, увеличение непосредственных контактов с руководителями религиозных общин. Со временем шаги, направленные на  определенные смягчения, приостановление арестов, определенное уменьшение запретов, непосредственные контакты с религиозными общинами и религиозными лидерами, и даже поддержка деятельности религиозных общин привели к уменьшению напряженности в отношениях между религиозными общинами и государством.

Одновременно эти  шаги показали, что в сфере религиозной политики от кадров зависит многое, а то, что было до этого, может быть, было непродуманной линией государства, следствием чьей- то неумелости.

Естественно, что более радикальные группы, особенно те, которые на себе ощутили непосредственное давление правительственных сил, остались в стороне от этого процесса. Таким образом, выявление большой группы лояльно мыслящих среди недовольного верующего  электората религиозной прослойки произошло именно вследствие деятельности ГГРРО.

Раскол

Но была видимость выступления с единой позиции групп, все еще сохраняющих  оппозиционную к власти позицию и в то же время именно из-за этого фактора (за позицию резкой критики) завоевавшая авторитет среди религиозной прослойки. Особенно ни у кого не вызывало сомнений выступление с единой позиции находящихся под арестом лидеров Мовсума Самедова, Абгюля Сулейманова и Талеха Багирова. Представление с первых дней в Национальном совете этих трех лиц, считающихся основными лидерами недовольных верующих, не показалось странным никому.

Но потом последовательные заявления  А.Сулейманова и М.Самедова о выходе из Национального совета  показали отсутствие единогласия  внутри недовольной группы.  Затем поддержка Исламской партией другого кандидата выявила наличие разногласий  между М.Самедовым и А.Сулеймановым.

Согласно наблюдениям, если с одной стороны причиной такого поступка А.Сулейманова было недоверие к оппозиции, с другой стороны, зная, чем закончатся вышеизложенные процессы, он не хотел упоминания своего имени в какой-то группе. Также может быть, что, как и многие в стране, А.Сулейманов, не веря в смену власти в стране, отказался от участия в «безуспешном проекте».

Примерно также себя повела Исламская партия. Несмотря на то, что ранее находящийся под арестом лидер партии, а также исполняющий обязанности председателя и представленные в руководстве несколько лиц были членами Национального совета. Потом, потом, наряду с арестованным председателем Исламской партии, исполняющий обязанности председателя тоже отказался от этой структуры.

Верховный Меджлис Исламской партии на собрании 6 сентября  принял решение о поддержке кандидатуры формального оппозиционера Ильяса Исмайлова. Согласно ряду наблюдений, Исламская партия для сохранения оппозиционного имиджа, для видимости противостояния власти, но вместе с тем для того, чтобы не столкнуться с жестким давлением власти, остановилась на И.Исмайлове как на кандидате.

Хотелось бы отметить, что, по  мнению некоторых экспертов,  в оказании недоверия последователей ислама Национальному совету мог сыграть роль и тот фактор, что пребывающие в начале этого проекта российские элементы  сменились затем западными элементами. Так, мнения о том, что Национальный совет является западным проектом, послужило отстранению от него последователей ислама.

Но в любом случае, чуть ли не призывающие к бунту против власти (М.Самедов, А.Сулейманов),  а также находящиеся в рядах оппозиции ( И.Ибрагимоглу)  религиозные лидеры, предпочли находиться не в рядах оппозиции, а в стороне.

Также здесь следует отметить еще две авторитетные религиозные группы.  Первая группа – авторитетное духовенство большинства столичных мечетей, выбрало путь невступления в конфликт с властью и сохранение имеющегося статуса-кво. Община салафитов, хоть и не открыто поддерживающая оппозицию на выборах 10 лет назад, а также большие шиитские общины на этот раз «и близко не подпустили» политическую  оппозицию.

Кроме  того, многочисленное духовенство, относящееся  к группе молодого и среднего  возраста, и  занимающееся в основном нелегальной религиозной пропагандой,   перед лицом разрозненной  деятельности религиозных общин, не сочла нужным «засветиться» и примкнуть к какой-то группе.

Реальность

Таким образом, на выборах 2013 года недовольный верующий электорат  не выступил с единой позиции. К тому же, нерешимость религиозной прослойки в ситуации, связанной с выборами, выявила серьезную  неопытность этой прослойки, связанную  с политическими процессами, вообще, организацией, принятием решений.

Одновременно  и оппозиция, за исключением маленьких попыток, не смогла наладить работу с разрозненными и поделенными на маленькие общины верующими. А вместо этого соответствующая структура власти  (ГГРРО), еще ранее и планомерно работая с общинами, и касательно  выборов, и вообще в вопросах отношений с властью, в определённом смысле смогла добиться нейтрализации недовольства.

Вообще, предвыборная ситуация показала, что процесс превращения религиозных общин в предполагаемый силовой центр с восстановленным потенциалом, в лучшем случае, откладывается еще на несколько лет.