Cирийский гамбит России удался. За дни, последовавшие после 30-го сентября, авиация главного союзника Дамаска нанесла сотни ударов по инфраструктуре «Исламского государства». Квазиобразование лишилось нескольких опорных баз, производственных мощностей, вследствие чего многие группы боевиков в спешке и панике покинули ряды джихадистов.

Если эта тенденция сохранит устойчивость, то в скором времени можно ожидать коренного перелома в пользу сил, поддерживающих Башара Асада. Но только гипотетически.

На сегодня противостояние идет по принципу "стенка на стенку", и подключение России пока тактически меняет композицию противостояния. Однако сделанные ставки дают основания утверждать, что ни одна из вовлеченных в конфликт сторон не отказывается от непримиримости.

Проблема в том, что сирийский театр превратился в арену, где решается судьба не только одного или же нескольких государств, а будущее миропорядка. Воюющие стороны больше рассчитывают на помощь извне. От того, насколько она будет эффективной и своевременной, зависит итог ожесточенной борьбы. Но при всех раскладах развязка наступит не скоро.

Если союзник не совсем свой

Геополитическая составляющая сирийского конфликта давно перешагнула за пределы национальных границ многострадального государства. В отличие от Ливии, где свержение Муаммара Каддафи оказалось не столь проблематичным, в Сирии ситуация совершенно иная. Ливия, как жертва, которой Запад вынес смертный приговор, выглядела как идеальная добыча посреди открытого ареала. Разношерстному революционному десанту при поддержке спешно сколоченной проамериканской коалиции не составило  труда быстро покончить с Джамахирией.

Сирия же расположена в куда более сложном и геополитически плотно обставленном регионе, где переплетаются интересы мировых и региональных держав. По этой причине разрешение конфликта уж точно выльется в затяжной и капиталоемкий процесс.

Неожиданный поворот, вызванный феерическим возвращением Москвы на Ближний Восток, указывает на то, что кризис будет многослойным, и его квинтэссенцией до последнего залпа останется противостояние США не только с Россией и Ираном, но и с другими влиятельными силами.

Одной и, пожалуй, самой важной для Запада задачей продолжает оставаться передел политической карты региона, в котором за Америкой все последние десятилетия оставался серьезный перевес. Но если Белый дом умел постоянно держать руку на пульсе Ближнего Востока, то почему ему понадобилось что-то менять или же перераспределять роли среди послушных сателлитов, которые численно доминировали над неугодными режимами?

Изменение статус-кво превратилось в крайнюю необходимость ввиду новых геоэкономических видений Вашингтона, который за все десятилетия после Второй мировой войны пристрастился подавлять и водить за нос не только недоброжелателей, но и европейских союзников. Это делалось ради достижения собственных интересов и целей.

Лоно фундаментализма - США

Любая война в мире вне зависимости от того, насколько далеко находится горячая точка от границ Америки, это преимущественная статья для янки. Она наловчилась отрабатывать надлежащие инструменты внедрения, чтобы прежде всего разворачивать ход событий себе во благо.

Появлением на мировой арене искусственно взращенного врага цивилизации в лице «исламского фундаментализма» сообщество обязано Штатам. Тут не лишне вспомнить, что фундаментализм как явление, преследующее цель навязывания собственных ценностей большинству, родилось в США, и его носителями стали неоконсерваторы, для которых протестантские каноны превратились в оружие борьбы.

Для заглаживания явных проявлений агрессии в отношении остальных, отведения от себя подозрений в нетерпимости, американские умы воспроизвели на свет сетевую креатуру под названием «нетерпимый ислам». И первым антигероем в понимании Запада, на которого был приклеен ярлык «мусульманского фундаменталиста», стал предводитель исламской революции Ирана Рухулла Хомейни, тот самый, который выдворил американцев из своей страны.

Но мир в лице шиитского лидера застал довольно строптивого борца за национальные права, деятельность которого не подразумевала объявления войны сообществу.

Потому как Р.Хомейни обличил режим апартеида в ЮАР и объявил Израиль возмутителем спокойствия в Палестине и на всем Востоке, пришлось перевести стрелки внимания на искусственно взращенный сегмент, который нежданно-негаданно объявил джихад западному засилью по миру.

События в Афганистане помогли форсировать процесс. Появление на арене движения моджахедов, объявивших войну коммунизму, подсобил авторам проекта, одержимым идеей поиска замены Советскому Союзу на излете его существования.

Америке после начала 90-х позарез нужен был спарринг еще и потому, чтобы не распустить НАТО, держать в напряжении сообщество и, самое главное, постепенно повышать градус международной анархии. Только так можно было оправдать непомерно высокие военные расходы, а также глобальный план военной колонизации стратегических регионов мира.

Думая о прошлом, вопрошаем о будущем

В том, что уже в наши дни Сирия надолго угодила в горнило активного вулкана, сомневаться не имеет смысла. Огонь войны здесь будет тлеть постоянно. И Америке это очень нужно из перспективных соображений. Ответственность за сдерживание и решение конфликтов всегда было прерогативой сильных государств, которые доминировали в конкретных регионах.

Ближний Восток до Второй мировой войны был зоной интересов Великобритании и Франции. После иранских событий 1951-го года, когда Вашингтон сыграл ключевую роль в смещении законного правительства Мухаммеда Мосаддыка, осмелившегося осуществить план национализации нефти, США пожаловали в бурлящий регион основательно и надолго. Лондону и Парижу пришлось потесниться.

Сегодня же процесс утверждения Вашингтона в регионе за счет сужения позиций союзников переживает новый всплеск. И на то имеются вполне веские мотивы.

Возможно, в скором времени мир, наконец, узнает о появлении полноценной замены углеводородным ресурсам. Как и всякая инновация, она не сразу превратится в продукт массового потребления.

На первых порах ее благами будут пользоваться высоко технологичные сильные державы. И пока традиционные потребители нефти и газа будут переводить расчеты на новый ресурс, владельцы контрольных пакетов акций уходящих ресурсов не только постараются, но и выжмут максимум из нефти и газа.

И как же это отразится на глобальной конъюнктуре? Вопрос не праздный, потому как Америка, всесильная и гордая, воюет не только с традиционными противниками и конкурентами, но и с теми, кто значится в союзниках.

Невидимый барьер в гонке лидеров

С 2008-го года, когда по инициативе Франции было объявлено о создании Средиземномо́рского экономического сою́за, Париж не подозревал, на чьи грабли гнева наступает. Президент Николя Саркози свято уверовал, что его призыв к евразийским партнерам о том, что в основе концепции лежит единое дело с общей целью и объединенной структурой, будет воспринят адекватно во всех влиятельных столицах. Однако в его затее проблеснула наивность. Он не осознал, что выходя за рамки Старого Света, он рискует остаться ни с чем.

Амбициозный президент пятой республики не только хватил лишнего в контексте географических измерений, но и позарившись на Магриб и Ближний Восток, нечаянно бросил вызов гегемону. К тому же он в качестве локомотива действия обозначил блок вопросов, непосредственно связанных с производством и транзитом энергоносителей.

Отсюда и стали плясать влиятельные силы, для которых мотивы безопасности, борьбы с террором, миграции, траффикинга и прочих вызовов современности есть проходной тестовый клубок, с помощью которого осуществляются тактические наработки. На их фоне стратегически важным остается судьба рынка энергоносителей и их транзита. Но было бы неверно видеть в Н.Саркози неопытного и отрешенного от реалий идеалиста. Ему было важно продвижение Франции на ключевые позиции в европейском диалоге со средиземноморским регионом, не входящим в ЕС, чтобы застолбить за Парижем лидерство в создании нового порядка. В случае успеха североафриканские и ближневосточные страны взяли бы на себя роль обслуги перед европейцами. План подразумевал также прямой доступ Евросоюза к газовым месторождениям Северной Африки и зоны Персидского залива.

В этом и содержался зловредный узел глобальной схемы, над которой всегда маячит образ доминанты. Франция смогла бы стать лидером в средиземноморском регионе, а впоследствии и носителем желтой майки ЕС. Но одно дело мечтать о лидерстве, и совсем другое – иметь реальные позиции архитектора геополитических конфигураций.

«Арабская весна», взяв успешный старт на севере Африки, заглохла на траверсе Ближнего Востока. Конфликт, разгоревшийся в Сирии и вокруг нее, ставит жирный крест на планах присоединения Европейского союза к энергоносителям Персидского залива. Сколько бы в Париж и Брюсселе ни пытались вывести проект в прикладную плоскость, сопутствующих предпосылок не предвидится.

Это означает, что стратегические ресурсы Персидского залива еще долго будут поставляться в Европу операторами США и Великобритании. А значит, ключи от главного резервуара останутся за прежними контролерами, которые и будут диктовать условия и правила рыночной игры.

Афганский сценарий реанимируется?

Неправильно утверждать, что Вашингтон отказался от плана смещения Башара Асада. Он не предполагал, что сирийская высота окажется неприступной. Срыв плана нейтрализации Дамаска с его пресловутой привязкой к шиитской дуге по-прежнему остается костью в горле Запада. Но раз уж дело буксует, то надо вносить коррективы.

Хаотизация обстановки в зоне конфликта тоже приемлемый вариант. Как водится, коррективы в свои планы вносят не только инициаторы похода на неугодных, но и их конкуренты. Россия своим неожиданным появлением на сцене спутала карты американцам. С конца сентября Вашингтон, будучи застигнутым врасплох, перебирает варианты для диверсификации методологии и инструментария.

На данный момент после известного скандала в Сенатских слушаниях, когда выявились шокирующие масштабы коррупции на базе плана подготовки ополченцев, Белый дом держит паузу, чтобы следующими шагами снова не опростоволоситься. В самое ближайшее время ставка скорее будет сделана на афганский сценарий, когда действия разрозненных групп террористов, выдаваемых за умеренных оппозиционеров Асаду, будут строго координировать американские и европейские инструкторы.

Не исключено, что огонь региональной войны перекинется и на соседние страны, включая Турцию, Иорданию, Ливан. В том, что в этой войне будет сосредоточен колоссальный запас взрывной энергии, можно удостовериться на все сто процентов.

Но это не помешает Башару Асаду продлить политическую жизнь. И Америка в накладе не останется. Избегая прямого столкновения с российским контингентом, она свое возьмет с гаком, оттеснив от жирной части военно-политического пирога всех, у кого разгорелся нешуточный аппетит. Разве этого будет мало?!

haqqin.az