Теракт во Франции 13-го ноября отозвался болью во всем мире. Более ста человек стали жертвой палачей ИГИШ, каким-то образом просочившихся в Европу. Во многих странах мира, в том числе и в Азербайджане, люди искренне сопереживали горю французов. Наши соотечественники несли к посольству Франции венки и цветы, а президент страны Ильхам Алиев принес соболезнования своему французскому коллеге и всему народу Франции.

Естественно, и мы скорбим по погибшим, и хотели уже принести свои соболезнования. 
Однако вдруг вспомнился журнал “Charlie Hebdo”. Если помните, сразу после теракта в редакции журнала, президент Франции Франсуа Олланд обратился с призывом к главам ведущих держав мира, и все они съехались в Париж. Во главе опять-таки с Олландом, они прошли по улицам столицы, заявив: «Я – Sharlie». Хотя, когда сотрудники того же журнала оскорбили пророка (с), наблюдалось полное спокойствие.
И мы задумались.. У нас разные ценности. Мы мусульмане, а они французы, которые «натерпелись» от мусульман. Они не могут понять гнев мусульман в связи с оскорблением пророка, а мусульмане не могут понять их оценку этого события как «свободу выражения». Они считают нас за это варварами, а мы их – лишившимися моральных ценностей.
И мы подумали, как бы они не сочли наши соболезнования как то оскорбительными, как бы не поняли нас превратно. Подумав, что мы издеваемся.

Поэтому решили выразить свою скорбь на понятном их языке, согласно их ценностям, чтобы не было недопониманий. И поэтому срочно поинтересовались: а как отреагировал на это тот известный журнал? (Вспомним их "Я - Шарли")
И выяснилось, что, действительно, ценности у нас совсем разные. Журнал опубликовал карикатуру в связи с терактом в Париже, что, по нашим меркам, можно оценить как само кощунство, и ничто другое. А изображено там следующее: член ИГИШ отрывает у лежащего на койке президента Франции Франсуа Олланад половой орган и провозглашает: «Мы лишили Францию мужского достоинства». И смеется при этом…
И вновь вспомнив «Я - Шарли», решили выразить соболезнования по-французски. Чтобы не обиделись. Ну, рассмеяться и сказать: «Ну, Олланд, каково лишиться всем государством мужского достоинства?!». И рассмеяться…
Но вот незадача, не смогли… Как ни крути, но мы же не французы.
И даже если поймут не так, мы все равно скажем по своему: мы скорбим вместе со всем французским народом, и осуждаем как сам террор, так и тех, кто потворствует ему!