В минувшие выходные армия Пакистана начала самую масштабную антиталибскую операцию за последние годы. Против окопавшихся в Южном Вазиристане 10 тыс. талибов брошены две армейские дивизии общей численностью 28 тыс. человек.

Военные называют операцию «Матерью всех битв» и намерены покончить с талибами за шесть недель. Исход операции должен продемонстрировать, что пакистанский генералитет все еще в состоянии контролировать ситуацию в стране, в чем в последнее время засомневались США, являющиеся стратегическим партнером Исламабада, сообщает «Коммерсантъ».

По данным пакистанских спецслужб, армии противостоит около 10-12 тыс. человек, в основном из группировки «Техрик-э Талибан». Она была создана всего два-три года назад путем слияния сразу 13 организаций и успела наладить хорошие контакты с родственными группировками, действующими в Пакистане, вроде «Лашкар-е-Джангви» и афганским движением «Талибан».

Ко вчерашнему вечеру армия сумела взять под контроль несколько крупных населенных пунктов, в частности стратегически важный город Спинкар-Рагжаи. Военные уже взяли в полукольцо Коткай, родной город лидера «Техрик-э Талибан» Хакимуллы Мехсуда. Сообщается о десятках уничтоженных талибов. Притом что потери армии, по ее информации, составили всего шесть человек убитыми.

«Операция будет продолжаться до тех пор, пока не будут достигнуты ее цели, — заявил вчера официальный представитель пакистанской армии генерал-майор Атхар Аббас. — Армия перекрыла все точки входа и выхода в Вазиристане». Очистить район от талибов военные обещают за шесть-восемь недель. Позднее горные дороги будут завалены снегом, и район станет практически непроходимым.

Нынешняя операция в Южном Вазиристане станет моментом истины для пакистанского генералитета, отмечает издание. Согласно местной политической традиции, реальной властью в Пакистане всегда обладала именно армия, а не публичные политики. Однако в последнее время ситуация изменилась, и во многом по вине самих военных.

Особого волнения у военных не вызвало даже провозглашение талибами независимого Вазиристана, так как эти районы страны всегда жили своей жизнью, там нет полезных ископаемых и не развит туризм. Однако постепенно влияние талибов стало распространяться вглубь Пакистана. И военные осознали, что в стране быстро формируется новый, неподконтрольный им центр силы. Кроме того, на этот процесс обратили внимание и в США. Вашингтон, выступающий стратегическим партнером Исламабада, посчитал, что пакистанская армия не может или не хочет справиться с талибами. Учитывая ядерный статус Пакистана, в Белом доме рассудили, что ситуация требует вмешательства.

В конце прошлой недели президент США Барак Обама подписал закон об углубленном партнерстве с Пакистаном, также известный как закон Керри—Лугара—Бермана. Он предусматривает выделение Исламабаду американской финансовой помощи — $1,5 млрд. ежегодно на протяжении пяти лет. Но выделение этой помощи увязывается с унизительными для Исламабада условиями вроде фактической передачи Вашингтону контроля за действиями пакистанской армии, силовых структур, его ядерными объектами и реализацией ядерной программы.

Многие в Пакистане, в том числе военные, расценили это как угрозу национальному суверенитету. Пока им удалось добиться от своего правительства заверения в том, что последнее слово в вопросе о том, какую американскую помощь принимать и на каких условиях, останется за парламентом Пакистана. Однако генералитет осознает, что ему необходимо продемонстрировать способность самостоятельно контролировать ситуацию в стране. Такой демонстрацией и стало массированное наступление в Южном Вазиристане.

Между тем эксперты считают, что шансы на успех операции не так уж велики. Источники в армии признают, что пока талибы сами оставляют позиции и уходят из-под удара регулярной армии, скрываясь в густых горных лесах.

«Талибы начнут партизанскую войну,— уверен бывший гендиректор разведывательного бюро Пакистана Масуд Шариф. — Военным придется сконцентрироваться на ликвидации высшего руководства боевиков, иначе те легко смогут восстановить свои силы».

Кроме того, властям необходимо наладить контакты с местными племенными вождями. Пока Исламабад сумел договориться лишь с одним из двух крупнейших кланов Вазиристана — вазир, который держит в развернувшемся сражении нейтралитет. Второй клан, мехсуд, пока не спешит договариваться с властями.