"У ислама свои законы. Мириться с несправедливостью, значит отказаться от своей веры. Или надо смириться с несправедливостью и распрощаться с верой, или же надо говорить правду и терпеть трудности. Наша вера ценнее наших жизней, и мы готовы умереть во имя религии". Об этом SalamNews в интервью заявил член Высшего религиозного совета Управления мусульман Грузии (УМК) гаджи Миргусейн Асадов.

Как известно, учреждено Управление мусульман Грузии (УМГ). Какие преимущества это управление дает мусульманам Грузии?

- Для служения религии возникла необходимость в учреждении Управления мусульман Грузии. Когда этот процесс только начинался, некоторые государственные структуры, учредители советовались с Высшим религиозным советом. Переговоры по данному вопросу с учредителями продолжались 5-6 месяцев. У них была концепция, и они предоставили нам ее для внесения необходимых поправок. Мы высказались относительно некоторых ошибок в концепции. Нам было предложено самостоятельно подготовить концепцию и устав для дальнейшего совместного рассмотрения. В этом документе учтены как исламские нюансы, так и международные законы и Конституция Грузии. То есть мы подготовили такой юридический документ, который не имеет никаких негативных сторон, и будет служить интересам мусульман. Наличие такого управления было необходимо для решения многих вопросов, таких, как строительство мечетей и определение их статуса, посещение святынь, деятельность медресе и других религиозных проблем.

У председателя Управления мусульман Кавказа (УМК) гаджи Аллахшукюра Пашазаде в Грузии был представитель, функционировал с 1995 года. Однако у него не было юридического статуса. Ему оказывали уважение, соглашались с некоторыми предложениями. Я принимал участие в строительстве двух мечетей и обращался тогда к представителю УМК. Он сказал, что у них нет права дать этим постройкам статус мечети. То есть выяснилось, что этому представительству не дано право выносить решения. Я обратился к руководству района, губернии. Мне ответили, что Конституцией Грузии не предусмотрено, чтобы местные органы самоуправления давали статус построенной мечети. Посоветовали построить под именем дома престарелых, обещали не чинить препятствий. Мы так и сделали.

Важным был и вопрос учредителя. Это управление создано несколькими людьми. Точнее, у управления 10 соучредителей и ни один не является религиозным деятелем. То есть это государственные чиновники. Среди них есть депутаты парламента, заместитель губернатора, замминистра. Мы предложили, чтобы среди учредителей был и религиозный деятель. По этому вопросу мы также достигли соглашения. Однако накануне решения вопроса, в субботу, на мобильные телефоны 2-3 человек из 15-ти членов Высшего Религиозного Совета поступили послания о том, что в воскресенье в Тбилиси состоятся выборы шейха. Переговоры, которые проводились в течение 5-6 месяцев, остались в стороне. Что явилось причиной, мы не поняли. Приглашенные выразили недовольство, и отказались идти на выборы. Я предложил пойти и высказать свое несогласие на месте.

Мне предложили, чтобы я связался с азербайджанцем, работником государственного сектора, и попросил о встрече. Так и поступил. Я встретился с ним в Тбилиси. Однако еще до окончания встречи стало известно, что в управление уже избран шейх.

- Теперь в это управление избран шейх, муфтий, приносят ли они пользу мусульманам?

- Для каждого управления требуется думающие мозги. То есть если это религиозное управление, его должен возглавлять образованный религиозный деятель, разбирающийся в вопросах и способный помочь мусульманам. У избранного человека есть высшее образование, но он не получил религиозного образования. Он простой человек, желает стать муллой, но не имеет коранического образования. А религиозный деятель на этом посту может принести пользу как государству, так и мусульманам.

Мы никогда не были оппозиционно настроены к государству. Даже после этих событий. Подумали, может президент не осведомлен о происходящем. Обратились к нему с письмом. Предоставили в Аппарат Президента два письма протеста, сначала за подписью 30 религиозных деятелей, а затем 8 тысяч мусульман. Через два дня нам позвонили из Аппарата и назначили встречу. Но в день встречи последовал очередной звонок, и встреча была отменена. Мы так и не поняли сути произошедшего.

- Полномочия представителя УМК по Грузии перешли УМГ. В чем теперь заключается юридическое и нравственное воздействие УМГ на мусульман Грузии?

- Мусульмане Грузии всегда уважали УМК. И теперь мы с уважением относимся к этому управлению. Надеемся, что они смогут что-то сделать.

Мечеть Тбилиси отобрали у представителя шейха и отдали новоизбранному представителю. Хотя бы в знак уважения УМК не трогали бы представителя. Этого не произошло, однако он продолжает деятельность. Они хотят служить народу, но у них нет полномочий. Например, вопросы относительно хаджа решались в Баку. Здешнему управлению полномочия не были предоставлены изначально.

Мы не были против продолжения деятельности этого учреждения в Тбилиси. Мы и теперь готовы оказать помощь шейху.

- Что делается в Грузии для взращивания религиозных деятелей, и есть ли для этой цели учебные заведения?

- У нас есть молодежь, которая получила образование в медресе и Исламском Университете при УМК после распада СССР. Кроме того, есть люди, обучавшиеся в медресе Ирана, высших учебных заведениях Турции.

- Есть ли правовой статус у Высшего Религиозного Совета, членом которого вы являетесь?

- Я один из учредителей общества Ахли-Бейта. Мы обратились несколько месяцев назад для регистрации, предоставили все необходимые документы. Но до сих пор не прошли регистрацию. При этом никаких причин не указывается. Думаю, это искусственные преграды. Проанализировав ситуацию, решили встретиться с новым шейхом УМГ, который не имеет религиозного образования. Может, после этого нас зарегистрируют.

- То есть, необходимо получить "добро" от УМГ…

- Да. Однако мы не нуждаемся в этом. Имам Хусейн (а.с) восстал в Кербела. Хотя мог бы использовать политику, сказать "ну и что, Йезид неплохой парень, пусть будет руководителем ислама". Они бы не тронули Имама Хусейна (а.с). А потом бы нашел пути и восстал бы. Но в Кербела Имам сделал то, что необходимо. Заявил, что зло не может руководить исламом. Он пожертвовал всем ради этого.

У ислама свои законы. Мириться с несправедливость, значит отказаться от своей веры. Или надо смириться с несправедливостью и распрощаться с верой, или же надо говорить правду и терпеть трудности. Наша вера ценнее наших жизней и мы готовы умереть во имя религии.

Создающие сегодня некоторые проблемы заигрывают с исламом. Мне жаль их. Кто вступал на этот путь, всегда страдал. Однако необходимо, чтобы они покаялись. Надо смириться с реальностью. Нам никто не враг и мы никому не враги. Мы с уважением относимся к гуманистическим структурам, которые уважают государственность, все человечество. Потому что наша религия воспитала нас именно таким образом.